Пестов Василий Серафимович

Калмыцкий облисполком в августе 1929 г. издал обязательное постановление о переучете скота всех хозяйств, имевших свыше 200 голов (в переводе на крупный) в скотоводческих улусах и свыше 100 голов — в земледельческих и рыболовецких улусах. Было учтено 113 хозяйств в скотоводческих районах и 26 хозяйств в земледельческих, всего 139 хозяйств с 47 722 головами скота. Эти материалы бюро обкома партии рассмотрело на своем заседании 5 сентября 1929 г. Бюро отметило, что «до настоящего времени не изменены в надлежащей степени дореволюционные отношения», что бывшее привилегированное сословие Калмыкии — нойоны, зайсанги — хотя формально, юридически лишены своих привилегий, «но по существу остаются привилегированным сословием среди отсталых масс калмыцкого народа». Бюро обкома согласилось с проектом постановления Калмыцкого облисполкома о конфискации имущества бывших нойонов, зайсангов и скотопромышленников, выработанного с учетом опыта Казахстана по ликвидации хозяйств крупных баев — полуфеодалов в 1928 г. В целях освобождения бедняцко-середняцкого крестьянства от экономической зависимости и эксплуатации со стороны бывших зайсангов и скотопромышленников и в целях обеспечения условий для дальнейшего социалистического строительства областной исполнительный комитет Советов 16 октября 1929 г. постановил: «Провести в Калмыцкой автономной области выселение с конфискацией скота и имущества лиц, принадлежавших ранее к различным привилегированным группам (нойоны, зайсанги, бывшие при царизме попечители), а равно и крупных скотоводов и овцеводов, своим общественным и имущественным положением препятствующих проведению мероприятий Советской власти на территории области». Экспроприации подлежали скотоводческие хозяйства, имевшие более 200 голов скота, и земледельческо-скотоводческие хозяйства, имевшие более 100 голов. Конфискации у этих хозяйств подлежало все их имущество, прямо или косвенно связанное с ведением скотоводческого и земледельческого хозяйства, а также все исторические и музейные ценности. Этим хозяйствам оставлялся лишь необходимый минимум скота и сельскохозяйственного инвентаря для ведения трудового хозяйства, а также предметы домашнего обихода. Все лица, подлежавшие экспроприации, одновременно лишались права проживания и ведения хозяйства на местах их прежнего жительства и подлежали переселению в другие улусы или за пределы Калмыкии. Выселению из улуса подлежали также лица, не ведущие хозяйства в указанных выше размерах, но принадлежавшие ранее к привилегированным сословиям, враждебно настроенные против Советской власти. Все указанные мероприятия решено было закончить не позднее 1 января 1930 г. Для их проведения была создана особая комиссия под руководством председателя Калмыцкого облисполкома Л. П. Пюрбеева, в которую вошли: X. Б. Кануков (от ОблРКИ), Очиров (от союза Рабземлеса), Середа (от областного земельного управления) и Павлов (от калмыцкого отдела ОГПУ). На местах были созданы специальные улусные комиссии в составе уполномоченного облисполкома, председателя местного Совета и членов сельского кресткома. Особая комиссия разработала инструкцию по проведению в жизнь этого постановления, осуществление которого должно было начаться одновременно с опубликованием его в печати. Инструкция предусматривала передачу конфискованного скота колхозам и совхозам в виде беспроцентной ссуды со сроком ее погашения в 10 лет, а батракам и беднякам-единоличникам — в виде безвозвратной ссуды. Причем в первую очередь должны были быть наделены скотом красные партизаны, инвалиды гражданской войны, демобилизованные красноармейцы, работавшие в хозяйстве выселяемых и принимавшие активное участие в учете скота и выселении экспроприируемых. Батраки и бедняки скотоводческих хозяйств могли получить по 6 голов крупного рогатого скота на хозяйство, а в земледельческих и рыболовецких — по 2. При передаче конфискованного скота бедноте инструкция рекомендовала держать курс на создание крупных (по местным условиям) колхозов с тем, чтобы каждый колхоз объединял не менее 25 хозяйств и чтобы на каждого члена колхоза довести количество скота до 15 голов (в переводе на крупный). Постановление облисполкома было опубликовано 17 октября 1929 г. специальным выпуском. В тот же день из области в улусы выехали бригады для проведения экспроприации на местах. | ВАСИЛИЮ СЕРАФИМОВИЧУ ПЕСТОВУ ВРУЧЕНА ВЫСШАЯ НАГРАДА МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ 27 апреля 2010 года губернатор Московской области Б.В. Громов, предваряя заседание правительства региона, вручил высшую награду Московской области – знак «За заслуги перед Московской областью» - почетному гражданину Московской области, почетному гражданину городов Подольск и Климовск Василию Серафимовичу Пестову, которому на днях исполнилось 85 лет. Поздравляя юбиляра, губернатор Московской области Б.В. Громов отметил, что Василий Серафимович в Подмосковье живет и трудится с 1950 года, когда он после окончания ВУЗа был направлен на работу в город Подольск в ЦНИИ точного машиностроения. Именно в этом городе Московской области состоялось становление В.С. Пестова как специалиста и руководителя. Он возглавлял такие крупные предприятия как Подольский экспериментально-механический завод, Домодедовский машиностроительный завод «Кондиционер», причем не только осваивал выпуск новой продукции, но и решал социальные задачи – строил жилые дома, объекты здравоохранения, детские учреждения. Несколько лет В.С. Пестов возглавлял Подольский район. В этот период в городе и районе ежегодно возводилось более 400 тысяч квадратных метров жилья, что позволило ликвидировать в Подольске бараки, подвалы, ветхие строения, были построены Дворец культуры, Дом книги, выставочный зал, хирургический корпус и другие социально-значимые объекты. В период с 1981 по 1986 год В.С. Пестов возглавлял исполнительный комитет Московского областного Совета народных депутатов. На этом высоком посту Василию Серафимовичу удалось внести большой вклад в социально-экономическое развитие Подмосковья, решение насущных проблем его жителей. Губернатор Московской области Б.В. Громов подчеркнул, что знак «За заслуги перед Московской областью» встанет в ряд других высоких наград Василия Серафимовича – ордена Ленина, трех орденов Трудового Красного Знамени, более десяти медалей. «Нам особенно приятно чествовать вас, уважаемый Василий Серафимович, - сказал Борис Громов, - как ветерана Великой Отечественной войны в преддверии 65-летия Победы». Глава региона пожелал Василию Серафимовичу Пестову крепкого здоровья, оптимизма, счастья. В ответном слове В.С. Пестов поблагодарил губернатора и Правительство Московской области за поздравление и высокую награду. «Но более всего, - сказал он, - я выражаю слова благодарности не за себя, а за ту заботу, которой в Московской области окружены ветераны. Как представитель старшего поколения, я удовлетворен тем, как развивается Московская область в последние годы, как много делается для молодежи, решения житейских проблем людей в городах и селах». Пресс-служба губернатора Московской области Источник: Правительство Московской области

газета МК | Пестов В.С. | «Я НЕ УСПЕЛ ПЕРЕДАТЬ СЕКРЕТНЫЕ МАТЕРИАЛЫ И КЛЮЧ ОТ СЕЙФА - ТАК ПОСПЕШНО ОБСТАВИЛИ МОЮ ОТСТАВКУ» Председатель Мособлисполкома Василий ПЕСТОВ: как это было Чем, наверное, хороша старость - что можно усесться за написание мемуаров. Нашему сегодняшнему собеседнику есть о чем вспомнить. В период с 1981 по 1986 г. он был председателем Мособлисполкома, вторым после первого секретаря МК КПСС человеком в области. Только у них двоих в то время были служебные правительственные «Чайки». И только перед ними священно трепетала вся партийная и райисполкомовская рать. Ну как тут не взяться за перо?! Но Василий Серафимович Пестов не пишет мемуаров. (Ведь в свое время из воспоминаний генсека Хрущева ничего хорошего не получилось.) Однако областной экс-председатель любезно согласился поучаствовать в нашей «Завалинке» - Василий Серафимович, вам по жизни часто приходилось давать интервью? - Нет. В то время было не принято встречаться с журналистами. Но опыт общения с западными корреспондентами у меня есть. Я возглавлял Ассоциацию породненных городов Советского Союза. И по роду, так сказать, деятельности нередко выезжал в западные страны, в наши города-побратимы. Время было сложное, «холодная война». Например, прямого сообщения с Америкой не было. Чтоб попасть в Штаты, мы прилетали в Канаду. А уже оттуда нас забирали наши «американские побратимы» Вопросы задавали заковыристые. В основном - кто станет генсеком после Брежнева, Андропова или Черненко. Или - почему в СССР нет демократии. В составе делегаций обязательно находились товарищи из ЦК КПСС, отвечать нужно было аргументированно - Чем же вы «аргументировали»? - Говорил (смеется), что в СССР есть демократия. А у них, на Западе, она только для избранных. И, знаете, я не особенно кривил душой. Конечно, мы тогда не могли требовать на площадях отставки президента или генсека. Но в то время проводились собрания в трудовых коллективах. Где можно было ругать начальство. Сегодня на предприятиях рабочий класс молчит, безмолвствует, боится, что его за критику сразу же уволят. Да и собраний как таковых нет В этом плане простой рабочий человек стал ненамного свободнее - Какую-нибудь провокацию за границей помните? - Провокаций было много, за нами же следили ихние спецслужбы. Но чтобы такого-эдакого... В Нью- Йорке, не помню в каком году, было большое собрание мэров всех крупнейших городов мира. Участвовал в нем и я - как «мэр» Подмосковья Вот после окончания очередного заседания (нас, СССР, «крыли» за гонку вооружений) ко мне в буфете подошел помощник президента США, уже не помню его имени. Говорит: «Г-н Пестов, сфотографируйтесь, пожалуйста, с вашим коллегой, мэром г. Иерусалима» Я, признаться честно, потерял дар речи. Рядом с ним уже стоит мэр Иерусалима и чуть ли не лезет ко мне обниматься. А у нас с Израилем не было тогда дипломатических отношений. Как быть?! Наш переводчик мне шепчет: «Сфотографируйтесь, Василий Серафимович! Ничего страшного в этом нет». Я ему: «Ты что - сдурел?! Я-то лучше знаю, что со мной сделают в ЦК по возвращении на Родину...» И сказал я им примерно следующее. Что вот когда мэр Иерусалима прилетит к нам в гости в СССР - тогда мы и в лес по грибы с ним пойдем, и сфотографируемся на память. А пока - нет, рано В общем, в ЦК КПСС мое поведение в том эпизоде признали правильным * * * - А когда вы стали председателем Мособлисполкома? - В 1981 году. Но хочу немного рассказать о себе. Родился я на Владимирщине (он сделал многозначительную паузу) - в рабочей семье У него типичная советская биография. Родился в 1925 г. на Владимирщине, школа, во время войны - трудовой фронт. Потом Тульский механический институт - и работа на различных инженерных должностях в Подольском районе. Гордится, что в институте учился в одной группе с известным конструктором Макаровым, который разработал ПМ В конце 60-х годов его, секретаря парткома одного из подольских заводов, пригласили на должность второго секретаря ГК КПСС. Совсем как в советских фильмах, он... отказался от этой престижной должности! Мол, молод еще, опыта не хватает Эта скромность была по достоинству оценена его партийными товарищами. Он поработал еще несколько лет директором нескольких оборонных заводов в районе, и его назначили председателем Подольского райисполкома - Сколько ты зарабатываешь директором? - поинтересовались в обкоме партии - 500 рублей, - ответил он - А мэр района, знаешь, сколько получает? - 180 Но вторично отказываться от лестного предложения не посмел. Если партия прикажет... В январе 81-го Василий Серафимович стал председателем Мособлисполкома - Кто тогда был первым секретарем Московского обкома партии? - Василий Иванович Конотоп. Это был прекрасный человек, который очень много сделал для Подмосковья. И настоящий коммунист. Я его глубоко уважаю - Вы с ним не ругались, не спорили? - Он был моим партийным руководителем, и, естественно, я ему подчинялся. Но иногда высказывал мнение, которое шло вразрез с его. Независимо от того, нравилось ему это или нет - Пример можете привести? - В 1982 году нас вызвал к себе Соломенцев - тогдашний председатель Совета министров РСФСР и кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС. Сказал, что Москва хочет забрать у Подмосковья четыре тепличных хозяйства. Он хотел узнать нашу позицию. Василий Иванович выступил первым и заявил, что он согласен передать городу эти комбинаты. «А ты?» - спросил меня Соломенцев. А я возьми да и скажи: нет, говорю, категорически против, нельзя наше добро передавать Москве Соломенцев сказал: молодец, я такого же мнения. Только странно, заметил он, что первый секретарь обкома и председатель облисполкома думают вразнобой Конотоп сильно на меня тогда обиделся. Мы с ним потом не раз обсуждали этот вопрос. И в конечном итоге я его убедил. Уже тогда Москва имела намерения прибрать к себе Балашиху, Люберцы, Химки и Мытищи. Сегодня отдадим теплицы, завтра ближнее Подмосковье - а кого потом будем собирать на партхозактив? И что нам коммунисты скажут?! - Тем не менее вы отдали городу немало подмосковной земли - При мне мы передали Москве только Солнцево. И считаю, что поступили правильно. Там жили строители, которые строили столицу - Почему Подмосковье всегда шло в фарватере Москвы? Область постоянно шла городу на уступки - Я не согласен с тем, что мы, как говорится, плясали под ее дудку. Виктор Васильевич Гришин сам был родом из Подмосковья, из Серпухова. И поверьте, он очень уважительно относился к области. Хотя был требовательным человеком, и мы тютелька в тютельку должны были выполнять свои обязательства перед городом. В основном это касалось сдачи картофеля, овощей, мяса и молока Потом, нужно учесть и такой немаловажный момент. Виктор Васильевич являлся членом Политбюро ЦК КПСС, а Василий Иванович Конотоп - просто членом ЦК. Конечно, влияния на Кремль у Гришина было много больше - Говорят, он был очень высокомерным и заносчивым - Ничего подобного! Скромным, простым и доступным. Во всяком случае, Виктор Васильевич не злоупотреблял своим служебным положением С ним и с председателем Мосгорисполкома Промысловым я встречался очень часто. И мы сообща решали многие общие проблемы. Причем сам Промыслов по разным вопросам ко мне обращался гораздо чаще, чем я к нему. Как правило, просил положительно решить землеотвод для столицы, место под ту же Северную ТЭЦ. Мы всегда прислушивались к таким просьбам, извлекая выгоду и для области. ТЭЦ «топила» не только город, но и наши Мытищи, Калининград. Часто Промыслов просил уступить в отчетности жилые объекты. Москва много строила в губернии и, естественно, хотела, чтоб эти показатели шли в активы города. Тогда ведь все боролись за план Москва финансировалась в Госплане СССР отдельной строкой, на правах союзной республики. А область - в Госплане РСФСР, причем так же, как все остальные субъекты Федерации. С Конотопом мы все возмущались по этому поводу: Ленинград и Ленинградская область вместе взятые по удельному весу в экономике страны, промышленному потенциалу ничуть не превышали Подмосковье. А Ленинград между тем тоже имел отдельную строку в Госплане Союза Мы с Василием Ивановичем ходили по кабинетам и выбивали такие льготы для нашей области. С 1984 г. Подмосковье наконец также стало финансироваться отдельно - на союзном уровне. Тогда же на президиуме Совмина СССР я впервые доложил о перспективах развития Подмосковья Мне не в чем себя упрекнуть: для области я сделал все что мог - Так-то оно так, Василий Серафимович, но вот как только вспомню раздачу земли под садовые кооперативы, так вздрогну. Смешно смотреть на жалкие шесть соток и на домики, что там понастроены. Что, область не могла давать больше земли? - Истинно так! Хотите верьте, хотите нет, но у меня самого в Одинцовском районе дачка - пять соток. А у меня еще и жена, и сын с семьей, и дочь - тоже с семьей. Здесь мне за державу обидно. Ведь в те годы было очень просто обустроить товарищества и подъездными дорогами хорошими, и светом, и газом. Нужно было только дать команду соседним предприятиям из тех, что побогаче. И люди бы сегодня не мучились Шесть соток - это еще сталинские времена, его ограничения. И никто постановления того времени отменять не решался. Мы в области с этим поделать ничего не могли. Хотя и пытались. Я имею в виду хрущевское постановление о неперспективных деревнях. Они должны были умереть сами по себе. А если мне не изменяет память, то только в Подольском районе их насчитывалось больше полусотни Абсурд. Крестьянские избы, где жили старики, запрещалось ремонтировать, расширять и передавать по наследству - если дети жили не в деревне, а в городе. В области у нас таких деревень имелась не одна сотня. И жалко было смотреть, как рушатся, умирают наши корни И вот мы тогда решили их спасти любой ценой. Я посоветовался с Василием Ивановичем Конотопом и отрядил своего зама в Сибирь. Где, по нашей информации, ситуация с неперспективными деревнями решалась более демократично После консультаций в Совмине России и ЦК КПСС на сессии областного Совета мы приняли решение об отмене ограничений и о передаче в наследство изб. «Неперспективные» деревни стали перспективными * * * - С Генеральными секретарями ЦК КПСС были на короткой ноге? - Я работал, по сути, только при Брежневе. Потому что при Горбачеве, когда задули «свежие ветры перемен», меня сразу отправили в отставку Но я знал и Юрия Владимировича Андропова - когда он был еще председателем КГБ СССР, и Константина Устиновича Черненко. Это были хорошие и честные люди. С Андроповым я познакомился, когда его выдвигали кандидатом в депутаты Верховного Совета СССР - по Ступинскому избирательному округу. Когда меня ему представили, он мне сказал: «А землю - береги. Она принадлежит народу...» То же самое он мне повторил при второй встрече, когда уже стал генсеком. Я его слова на всю жизнь запомнил Зарплата у председателя Мособлисполкома была 650 руб. в месяц. Из льгот ему причитались государственная дача в Ильичевке (Одинцовский район) и талоны на кремлевские пайки. Они стоили 140 руб., но руководителям области их продавали за 70. Вторые 70 целковых шли как бы надбавкой к основной зарплате На эти талоны в спецмагазинах (в Москве их было четыре) можно было без очередей купить дефицитные и качественные продукты: красную и черную икру, сырокопченую колбасу, буженину и пр. - за чем простой народ давился в очередях Но товар в руки отпускали в разумных пределах. Допустим, красной икры на 140 руб. им никто бы не продал - С Леонидом Ильичом Брежневым несколько раз здоровался за руку, хотя лично с ним не беседовал. По случаю майских праздников он устраивал в Кремле ежегодные приемы, туда приглашались руководители областей. А первые лица - первый секретарь обкома и председатель облисполкома - подходили лично к нему, здоровались и чокались бокалами с шампанским. Московская область шла сразу за Москвой. Ну, а поскольку Виктор Васильевич Гришин находился постоянно при генсеке, то к Брежневу мы подходили вместе: Промыслов, Конотоп и я Еще в ноябрьские и первомайские демонстрации мы встречались с ним на Мавзолее Ленина. Политбюро было на верхней ступеньке, а московские секретари и мы - на нижней. Когда Леонид Ильич спускался с Мавзолея, мы его встречали и спрашивали: можно ли передать поздравления нашим сотрудникам - обкома партии и облисполкома - лично от Генерального секретаря? Он всегда широко улыбался и говорил: «Не можно, а нужно!» * * * - Расскажите, как вы ушли в отставку? - Сначала на пенсию отправили Конотопа - еще осенью 1985-го. Для Василия Ивановича и для коммунистов области это было полной неожиданностью. Подмосковье находилось на подъеме, в год мы вводили около 3 млн. кв. метров жилья, сдавали 2,5 млн. тонн молока, 220 тыс. тонн мяса радовали и другие показатели. Мы готовились к XXVII съезду партии. И, повторяю, совершенно неожиданно в отставку уходит Конотоп Мы поняли, что Горбачев начинает «чистку». 2 января 1986 года меня вызвал к себе новый первый секретарь Московского обкома партии Валентин Карпович Месяц. Начал мне что-то говорить о том, что партия обновляется, что старикам пора и на заслуженный отдых. Мне тогда как раз исполнилось 60, а ему 57 - «молодым реформатором» самого Месяца можно было назвать с трудом. В общем, он говорил, что ему трудно, но нужно предложить мне сделать ответственный шаг Я ему сказал тогда: говори напрямик, по-партийному! «Подавай заявление об отставке!» - предложил он. «Давай бумагу, напишу!» - ответил я ему. «Что, прямо сейчас и напишешь?..» - не поверил он. «Сейчас и напишу», - сказал я Принесли бумагу, я спросил: как сформулировать отставку? «Пиши - по состоянию здоровья», - сказал он мне. А когда я ему отдал заявление, Месяц сказал: «Ты поступил как настоящий коммунист». Я ответил: «Я всегда поступал как настоящий коммунист!» Супруги Пестовы живут в Москве, в трехкомнатной квартире, которую Василий Серафимович получил в 1975 г., когда из Подольска «переехал» в обком партии - заведующим промышленным отделом. Жилая площадь квартиры - 56 кв. метров, в ней тогда жили еще сын, дочка и теща партийного работника Обстановка по нынешним временам простенькая. Стенку в большую комнату они купили только в 1986 г., когда Василий Серафимович ушел в отставку. Раньше из партийной скромности он не мог позволить себе такой роскоши. А в 86-м, чтоб обзавестись стенкой, нужно было записываться в очередь и дважды в день - утром и вечером - ходить отмечаться Экс-мэр позвонил в Мособлпотребкооперацию «кому надо» - и стенку привезли в тот же день - Председателем облисполкома сразу назначили Ивана Михайловича Черепанова. Я даже не смог передать ему в руки секретные материалы и ключ от сейфа - так поспешно обставили мою отставку * * * - Как вы относитесь к своим преемникам постсоветского периода? Например, к губернатору Тяжлову? - О нем могу только сказать, что он был хорошим строителем. Больше ничего - А к генералу Громову? - С ним я почти не знаком, но мне кажется, это прекрасный человек. Губернией он правит не со Старой площади, а постоянно ездит по городам и весям. Это очень важно для руководителя: все видеть собственными глазами, не доверяться целиком докладам своих помощников Когда в область пришел Месяц, он разогнал почти всех специалистов и управленцев. Пугали, что Громов приведет в Подмосковье своих некомпетентных людей, и они доразвалят все, что не успели развалить его предшественники Но вы посмотрите: он оставил областников, людей грамотных и толковых. Министр сельского хозяйства Савенко - наш кадр. Министр строительства Горностаев - тоже наш. Список можно продолжать и продолжать Потом, с командой Тяжлова Борис Всеволодович поступил очень корректно, по-человечески. Всех пригласил к себе, поблагодарил за работу, наградил почетными грамотами. Некоторые из заместителей Тяжлова попросили Громова, чтобы он на какое-то время оставил им государственные дачи, - он им оставил. Это очень порядочный поступок Когда меня отправили в отставку, Месяц мне и «спасибо» не сказал. Машины меня лишили уже на следующий день. И на следующий же день выселили с госдачи в Ильичевке. Меня, Конотопа и других руководителей области. Мы полетели, как сказала бы моя внучка, как фанера над Парижем Мне почему-то кажется, что генерал Громов область в обиду не даст Владимир Чуприн [МОСКОВСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ, 26.11.01] | «Я НЕ УСПЕЛ ПЕРЕДАТЬ СЕКРЕТНЫЕ МАТЕРИАЛЫ И КЛЮЧ ОТ СЕЙФА - ТАК ПОСПЕШНО ОБСТАВИЛИ МОЮ ОТСТАВКУ» Председатель Мособлисполкома Василий ПЕСТОВ: как это было Чем, наверное, хороша старость - что можно усесться за написание мемуаров. Нашему сегодняшнему собеседнику есть о чем вспомнить. В период с 1981 по 1986 г. он был председателем Мособлисполкома, вторым после первого секретаря МК КПСС человеком в области. Только у них двоих в то время были служебные правительственные «Чайки». И только перед ними священно трепетала вся партийная и райисполкомовская рать. Ну как тут не взяться за перо?! Но Василий Серафимович Пестов не пишет мемуаров. (Ведь в свое время из воспоминаний генсека Хрущева ничего хорошего не получилось.) Однако областной экс-председатель любезно согласился поучаствовать в нашей «Завалинке» - Василий Серафимович, вам по жизни часто приходилось давать интервью? - Нет. В то время было не принято встречаться с журналистами. Но опыт общения с западными корреспондентами у меня есть. Я возглавлял Ассоциацию породненных городов Советского Союза. И по роду, так сказать, деятельности нередко выезжал в западные страны, в наши города-побратимы. Время было сложное, «холодная война». Например, прямого сообщения с Америкой не было. Чтоб попасть в Штаты, мы прилетали в Канаду. А уже оттуда нас забирали наши «американские побратимы» Вопросы задавали заковыристые. В основном - кто станет генсеком после Брежнева, Андропова или Черненко. Или - почему в СССР нет демократии. В составе делегаций обязательно находились товарищи из ЦК КПСС, отвечать нужно было аргументированно - Чем же вы «аргументировали»? - Говорил (смеется), что в СССР есть демократия. А у них, на Западе, она только для избранных. И, знаете, я не особенно кривил душой. Конечно, мы тогда не могли требовать на площадях отставки президента или генсека. Но в то время проводились собрания в трудовых коллективах. Где можно было ругать начальство. Сегодня на предприятиях рабочий класс молчит, безмолвствует, боится, что его за критику сразу же уволят. Да и собраний как таковых нет В этом плане простой рабочий человек стал ненамного свободнее - Какую-нибудь провокацию за границей помните? - Провокаций было много, за нами же следили ихние спецслужбы. Но чтобы такого-эдакого... В Нью- Йорке, не помню в каком году, было большое собрание мэров всех крупнейших городов мира. Участвовал в нем и я - как «мэр» Подмосковья Вот после окончания очередного заседания (нас, СССР, «крыли» за гонку вооружений) ко мне в буфете подошел помощник президента США, уже не помню его имени. Говорит: «Г-н Пестов, сфотографируйтесь, пожалуйста, с вашим коллегой, мэром г. Иерусалима» Я, признаться честно, потерял дар речи. Рядом с ним уже стоит мэр Иерусалима и чуть ли не лезет ко мне обниматься. А у нас с Израилем не было тогда дипломатических отношений. Как быть?! Наш переводчик мне шепчет: «Сфотографируйтесь, Василий Серафимович! Ничего страшного в этом нет». Я ему: «Ты что - сдурел?! Я-то лучше знаю, что со мной сделают в ЦК по возвращении на Родину...» И сказал я им примерно следующее. Что вот когда мэр Иерусалима прилетит к нам в гости в СССР - тогда мы и в лес по грибы с ним пойдем, и сфотографируемся на память. А пока - нет, рано В общем, в ЦК КПСС мое поведение в том эпизоде признали правильным * * * - А когда вы стали председателем Мособлисполкома? - В 1981 году. Но хочу немного рассказать о себе. Родился я на Владимирщине (он сделал многозначительную паузу) - в рабочей семье У него типичная советская биография. Родился в 1925 г. на Владимирщине, школа, во время войны - трудовой фронт. Потом Тульский механический институт - и работа на различных инженерных должностях в Подольском районе. Гордится, что в институте учился в одной группе с известным конструктором Макаровым, который разработал ПМ В конце 60-х годов его, секретаря парткома одного из подольских заводов, пригласили на должность второго секретаря ГК КПСС. Совсем как в советских фильмах, он... отказался от этой престижной должности! Мол, молод еще, опыта не хватает Эта скромность была по достоинству оценена его партийными товарищами. Он поработал еще несколько лет директором нескольких оборонных заводов в районе, и его назначили председателем Подольского райисполкома - Сколько ты зарабатываешь директором? - поинтересовались в обкоме партии - 500 рублей, - ответил он - А мэр района, знаешь, сколько получает? - 180 Но вторично отказываться от лестного предложения не посмел. Если партия прикажет... В январе 81-го Василий Серафимович стал председателем Мособлисполкома - Кто тогда был первым секретарем Московского обкома партии? - Василий Иванович Конотоп. Это был прекрасный человек, который очень много сделал для Подмосковья. И настоящий коммунист. Я его глубоко уважаю - Вы с ним не ругались, не спорили? - Он был моим партийным руководителем, и, естественно, я ему подчинялся. Но иногда высказывал мнение, которое шло вразрез с его. Независимо от того, нравилось ему это или нет - Пример можете привести? - В 1982 году нас вызвал к себе Соломенцев - тогдашний председатель Совета министров РСФСР и кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС. Сказал, что Москва хочет забрать у Подмосковья четыре тепличных хозяйства. Он хотел узнать нашу позицию. Василий Иванович выступил первым и заявил, что он согласен передать городу эти комбинаты. «А ты?» - спросил меня Соломенцев. А я возьми да и скажи: нет, говорю, категорически против, нельзя наше добро передавать Москве Соломенцев сказал: молодец, я такого же мнения. Только странно, заметил он, что первый секретарь обкома и председатель облисполкома думают вразнобой Конотоп сильно на меня тогда обиделся. Мы с ним потом не раз обсуждали этот вопрос. И в конечном итоге я его убедил. Уже тогда Москва имела намерения прибрать к себе Балашиху, Люберцы, Химки и Мытищи. Сегодня отдадим теплицы, завтра ближнее Подмосковье - а кого потом будем собирать на партхозактив? И что нам коммунисты скажут?! - Тем не менее вы отдали городу немало подмосковной земли - При мне мы передали Москве только Солнцево. И считаю, что поступили правильно. Там жили строители, которые строили столицу - Почему Подмосковье всегда шло в фарватере Москвы? Область постоянно шла городу на уступки - Я не согласен с тем, что мы, как говорится, плясали под ее дудку. Виктор Васильевич Гришин сам был родом из Подмосковья, из Серпухова. И поверьте, он очень уважительно относился к области. Хотя был требовательным человеком, и мы тютелька в тютельку должны были выполнять свои обязательства перед городом. В основном это касалось сдачи картофеля, овощей, мяса и молока Потом, нужно учесть и такой немаловажный момент. Виктор Васильевич являлся членом Политбюро ЦК КПСС, а Василий Иванович Конотоп - просто членом ЦК. Конечно, влияния на Кремль у Гришина было много больше - Говорят, он был очень высокомерным и заносчивым - Ничего подобного! Скромным, простым и доступным. Во всяком случае, Виктор Васильевич не злоупотреблял своим служебным положением С ним и с председателем Мосгорисполкома Промысловым я встречался очень часто. И мы сообща решали многие общие проблемы. Причем сам Промыслов по разным вопросам ко мне обращался гораздо чаще, чем я к нему. Как правило, просил положительно решить землеотвод для столицы, место под ту же Северную ТЭЦ. Мы всегда прислушивались к таким просьбам, извлекая выгоду и для области. ТЭЦ «топила» не только город, но и наши Мытищи, Калининград. Часто Промыслов просил уступить в отчетности жилые объекты. Москва много строила в губернии и, естественно, хотела, чтоб эти показатели шли в активы города. Тогда ведь все боролись за план Москва финансировалась в Госплане СССР отдельной строкой, на правах союзной республики. А область - в Госплане РСФСР, причем так же, как все остальные субъекты Федерации. С Конотопом мы все возмущались по этому поводу: Ленинград и Ленинградская область вместе взятые по удельному весу в экономике страны, промышленному потенциалу ничуть не превышали Подмосковье. А Ленинград между тем тоже имел отдельную строку в Госплане Союза Мы с Василием Ивановичем ходили по кабинетам и выбивали такие льготы для нашей области. С 1984 г. Подмосковье наконец также стало финансироваться отдельно - на союзном уровне. Тогда же на президиуме Совмина СССР я впервые доложил о перспективах развития Подмосковья Мне не в чем себя упрекнуть: для области я сделал все что мог - Так-то оно так, Василий Серафимович, но вот как только вспомню раздачу земли под садовые кооперативы, так вздрогну. Смешно смотреть на жалкие шесть соток и на домики, что там понастроены. Что, область не могла давать больше земли? - Истинно так! Хотите верьте, хотите нет, но у меня самого в Одинцовском районе дачка - пять соток. А у меня еще и жена, и сын с семьей, и дочь - тоже с семьей. Здесь мне за державу обидно. Ведь в те годы было очень просто обустроить товарищества и подъездными дорогами хорошими, и светом, и газом. Нужно было только дать команду соседним предприятиям из тех, что побогаче. И люди бы сегодня не мучились Шесть соток - это еще сталинские времена, его ограничения. И никто постановления того времени отменять не решался. Мы в области с этим поделать ничего не могли. Хотя и пытались. Я имею в виду хрущевское постановление о неперспективных деревнях. Они должны были умереть сами по себе. А если мне не изменяет память, то только в Подольском районе их насчитывалось больше полусотни Абсурд. Крестьянские избы, где жили старики, запрещалось ремонтировать, расширять и передавать по наследству - если дети жили не в деревне, а в городе. В области у нас таких деревень имелась не одна сотня. И жалко было смотреть, как рушатся, умирают наши корни И вот мы тогда решили их спасти любой ценой. Я посоветовался с Василием Ивановичем Конотопом и отрядил своего зама в Сибирь. Где, по нашей информации, ситуация с неперспективными деревнями решалась более демократично После консультаций в Совмине России и ЦК КПСС на сессии областного Совета мы приняли решение об отмене ограничений и о передаче в наследство изб. «Неперспективные» деревни стали перспективными * * * - С Генеральными секретарями ЦК КПСС были на короткой ноге? - Я работал, по сути, только при Брежневе. Потому что при Горбачеве, когда задули «свежие ветры перемен», меня сразу отправили в отставку Но я знал и Юрия Владимировича Андропова - когда он был еще председателем КГБ СССР, и Константина Устиновича Черненко. Это были хорошие и честные люди. С Андроповым я познакомился, когда его выдвигали кандидатом в депутаты Верховного Совета СССР - по Ступинскому избирательному округу. Когда меня ему представили, он мне сказал: «А землю - береги. Она принадлежит народу...» То же самое он мне повторил при второй встрече, когда уже стал генсеком. Я его слова на всю жизнь запомнил Зарплата у председателя Мособлисполкома была 650 руб. в месяц. Из льгот ему причитались государственная дача в Ильичевке (Одинцовский район) и талоны на кремлевские пайки. Они стоили 140 руб., но руководителям области их продавали за 70. Вторые 70 целковых шли как бы надбавкой к основной зарплате На эти талоны в спецмагазинах (в Москве их было четыре) можно было без очередей купить дефицитные и качественные продукты: красную и черную икру, сырокопченую колбасу, буженину и пр. - за чем простой народ давился в очередях Но товар в руки отпускали в разумных пределах. Допустим, красной икры на 140 руб. им никто бы не продал - С Леонидом Ильичом Брежневым несколько раз здоровался за руку, хотя лично с ним не беседовал. По случаю майских праздников он устраивал в Кремле ежегодные приемы, туда приглашались руководители областей. А первые лица - первый секретарь обкома и председатель облисполкома - подходили лично к нему, здоровались и чокались бокалами с шампанским. Московская область шла сразу за Москвой. Ну, а поскольку Виктор Васильевич Гришин находился постоянно при генсеке, то к Брежневу мы подходили вместе: Промыслов, Конотоп и я Еще в ноябрьские и первомайские демонстрации мы встречались с ним на Мавзолее Ленина. Политбюро было на верхней ступеньке, а московские секретари и мы - на нижней. Когда Леонид Ильич спускался с Мавзолея, мы его встречали и спрашивали: можно ли передать поздравления нашим сотрудникам - обкома партии и облисполкома - лично от Генерального секретаря? Он всегда широко улыбался и говорил: «Не можно, а нужно!» * * * - Расскажите, как вы ушли в отставку? - Сначала на пенсию отправили Конотопа - еще осенью 1985-го. Для Василия Ивановича и для коммунистов области это было полной неожиданностью. Подмосковье находилось на подъеме, в год мы вводили около 3 млн. кв. метров жилья, сдавали 2,5 млн. тонн молока, 220 тыс. тонн мяса радовали и другие показатели. Мы готовились к XXVII съезду партии. И, повторяю, совершенно неожиданно в отставку уходит Конотоп Мы поняли, что Горбачев начинает «чистку». 2 января 1986 года меня вызвал к себе новый первый секретарь Московского обкома партии Валентин Карпович Месяц. Начал мне что-то говорить о том, что партия обновляется, что старикам пора и на заслуженный отдых. Мне тогда как раз исполнилось 60, а ему 57 - «молодым реформатором» самого Месяца можно было назвать с трудом. В общем, он говорил, что ему трудно, но нужно предложить мне сделать ответственный шаг Я ему сказал тогда: говори напрямик, по-партийному! «Подавай заявление об отставке!» - предложил он. «Давай бумагу, напишу!» - ответил я ему. «Что, прямо сейчас и напишешь?..» - не поверил он. «Сейчас и напишу», - сказал я Принесли бумагу, я спросил: как сформулировать отставку? «Пиши - по состоянию здоровья», - сказал он мне. А когда я ему отдал заявление, Месяц сказал: «Ты поступил как настоящий коммунист». Я ответил: «Я всегда поступал как настоящий коммунист!» Супруги Пестовы живут в Москве, в трехкомнатной квартире, которую Василий Серафимович получил в 1975 г., когда из Подольска «переехал» в обком партии - заведующим промышленным отделом. Жилая площадь квартиры - 56 кв. метров, в ней тогда жили еще сын, дочка и теща партийного работника Обстановка по нынешним временам простенькая. Стенку в большую комнату они купили только в 1986 г., когда Василий Серафимович ушел в отставку. Раньше из партийной скромности он не мог позволить себе такой роскоши. А в 86-м, чтоб обзавестись стенкой, нужно было записываться в очередь и дважды в день - утром и вечером - ходить отмечаться Экс-мэр позвонил в Мособлпотребкооперацию «кому надо» - и стенку привезли в тот же день - Председателем облисполкома сразу назначили Ивана Михайловича Черепанова. Я даже не смог передать ему в руки секретные материалы и ключ от сейфа - так поспешно обставили мою отставку * * * - Как вы относитесь к своим преемникам постсоветского периода? Например, к губернатору Тяжлову? - О нем могу только сказать, что он был хорошим строителем. Больше ничего - А к генералу Громову? - С ним я почти не знаком, но мне кажется, это прекрасный человек. Губернией он правит не со Старой площади, а постоянно ездит по городам и весям. Это очень важно для руководителя: все видеть собственными глазами, не доверяться целиком докладам своих помощников Когда в область пришел Месяц, он разогнал почти всех специалистов и управленцев. Пугали, что Громов приведет в Подмосковье своих некомпетентных людей, и они доразвалят все, что не успели развалить его предшественники Но вы посмотрите: он оставил областников, людей грамотных и толковых. Министр сельского хозяйства Савенко - наш кадр. Министр строительства Горностаев - тоже наш. Список можно продолжать и продолжать Потом, с командой Тяжлова Борис Всеволодович поступил очень корректно, по-человечески. Всех пригласил к себе, поблагодарил за работу, наградил почетными грамотами. Некоторые из заместителей Тяжлова попросили Громова, чтобы он на какое-то время оставил им государственные дачи, - он им оставил. Это очень порядочный поступок Когда меня отправили в отставку, Месяц мне и «спасибо» не сказал. Машины меня лишили уже на следующий день. И на следующий же день выселили с госдачи в Ильичевке. Меня, Конотопа и других руководителей области. Мы полетели, как сказала бы моя внучка, как фанера над Парижем Мне почему-то кажется, что генерал Громов область в обиду не даст Владимир Чуприн [МОСКОВСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ, 26.11.01]

начал свою трудовую деятельность с должности конструктора

Супруга - Пестова Серафима Николаевна, вместе учились в Тульском механическом институте

конструктор в НИИ-61 г. Климовска (впоследствии ЦНИИТочМаш).

директор машиностроительнго завода «Стройиндустрия». В годы работы в Климовске В.С. Пестов и А.Г. Шипунов жили в одном доме по проспекту 50 лет Октября, сегодня на его фасаде в память об этом – 2 мемориальные доски. | Сам В.С. Пестов вспоминал: «Однажды в партком пришли Аркадий Георгиевич Шипунов и Василий Петрович Грязев решать вопрос, я бы сказал, государственной важности. Все мы окончили Тульский механический институт, хорошо знали друг друга, они попросили моей помощи, так и сказали: «Помогай!». Дело заключалось вот в чем: разработанные ими системы обладали высокими тактико-техническими характеристиками, не имели аналогов, однако поддержать их, изготовить опытную партию никто не брался. Тре­бовалось вмешательство высоких инстанций. Мы поехали на московские авиацион­ные заводы, посетили некоторые КБ, и интерес был проявлен большой, мы зару­чились поддержкой. Это убедило в правильности наших шагов, и я решил пойти на прием ко второму секретарю Московского обкома партии Владимиру Акимовичу Демченко. Владимир Акимович внимательно выслушал меня, понял мое беспокой­ство. Затем в обкоме партии состоялась встреча: пригласили ответственных работни­ков министерств, нашего предприятия, военных и нас троих. В конечном итоге опытная партия была изготовлена и успешно испытана. Новые системы приняли на вооружение. Шипунову и Грязеву было предложено возглавить конструкторское бюро в Туле. Перед этим мне позвонили из оборонного отдела ЦК КПСС. Я дал этим конструкторам высокую оценку. По сей день Аркадий Георгиевич и Василий Петро­вич работают в Туле. Оба — Герои Социалистического Труда («Исторические сюжеты на юбилейную тему: 70-летие Московской области» - М.: Современные тетради, 1999, стр.57) | |

директор машиностроительнго завода «Кондиционер»

председатель исполкома Подольского райсовета

первый секретарь Подольского горкома КПСС

заведующий промышленным отделом Московского обкома КПСС

Переезд в Москву ХАРИТОНЬЕВСКИЙ Б ПЕР, 5, -7, 17

председатель областного комитета народного контроля

председатель Московского облисполкома

Знак отличия «За заслуги перед Московской областью»

Причина смерти: Естественная смерть / Смерть от старости | 92