Захарьина (Карпова) Ульяна (Анастасия)

Супруг(-а): Ульяна (Анастасия) Фёдоровна Захарьина

Скончавшись в неизвестном возрасте в 1579 году (за год до появления в царской семьи его последней жены Марии Нагой и за 5 лет до смерти Ивана Грозного), была погребена в той же обители. (При этом её покойный муж был уже давно погребён в фамильном склепе в подклете Преображенского собора Новоспасского монастыря). После разрушения монастыря большевиками, её останки вместе с прочими были перенесены в подземную палату южной пристройки Архангельского собора, где находятся и сейчас. В 2000-х годах сотрудники Музеев Московского Кремля (группа по изучению захоронений некрополя Вознесенского собора) исследовали в числе прочих её захоронение, которое является примером того, что иногда в этой царской усыпальнице находили последний приют и менее знатные люди из окружения государей[10]. Её саркофаг с подписной крышкой входит в число наиболее хорошо сохранившихся[10]. Уцелевшая надпись на саркофаге гласит: «Лета 7087 (1579) июня в 8 день на память святого великомученика Фёдора Стратилата преставилас раба божия инока схимница Настасья Романова жена Юрьевича на первом часу ночи»[4]. Также внезапно среди обломков крышек и гробов в подземной палате, где размещаются погребения с 1930 года, обнаружили и плиту, когда-то отмечавшую место её могилы. Выяснилось, что инокиню похоронили в стороне от царских могил, в северной части усыпальницы — наименее почётной по средневековым эсхатологическим представлениям[10]. Надгробие Как пишут исследователи, «случай редкий и весьма интересный. Если над могилами великих княгинь, цариц и царевен всегда сооружали высокий памятник с эпитафией (как в Архангельском соборе Кремля, что можно видеть и сегодня), то могилы менее значимых лиц обустраивали проще. На них в уровень с полом помещали горизонтально только массивную плиту с надписью. На такие надгробия могли наступать ногами прихожане. Так и случилось с данным памятником — на камне полностью стерлись две верхние строки эпитафии. Остальная часть надписи также местами пострадала»[10]. Она немного отличается от надписи на саркофаге: « …великомученика Федора Стратилата преставися раба божия Романова жена Юрьевича Ульяна в иноцех инока скимница Настясья в 1 час нощи»[10]. В рамках этого исследования С. А. Никитиным в 2007 году восстановлен её портрет по черепу в числе цикла портретов других членов царской семьи.